Юрий Лаптев: «Россия многоголосая» имеет огромное значение для страны


Российский фонд культуры при участии концертного агентства «Жар-птица» представил широкой публике новый проект «Россия многоголосая», направленный на популяризацию музыкального наследия нашей страны.

Первый цикл состоял из трех разноплановых концертов, в которых принимали участие Государственная академическая симфоническая капелла России под руководством Валерия Полянского, Хор Сретенского монастыря под руководством Никона Жилы. Коллективы Государственного академического хора им. А. В. Свешникова под руководством Евгения Волкова и Большой детский хор им. В. С. Попова под руководством Георгия Журавлева 25 ноября выступили с большим концертом в Зале Церковных Соборов храма Христа Спасителя. 

В своем интервью РФК режиссёр и солист оперной труппы Мариинского театра, Народный артист России Юрий Лаптев рассказал об актуальности хорового пения, пагубности влияния эстрадной музыки на юных артистов и забытых военных композициях.

— В этом году Российский фонд культуры совместно с ТКАМ «Жар-птица» организовал проект «Россия многоголосая», целью которого является возрождение хоровых традиций. Почему Вы решили принять участие в этой программе?

— Во-первых, я сотрудничаю с этим коллективом и очень люблю его. Хор им. А.В. Свешникова — это уникальный коллектив, деятельность которого чрезвычайно важна для нашей культуры и истории. Во-вторых, такой замечательный проект как «Россия многоголосая» имеет огромное значение для нашего общества.

— В чём оно заключается?

— Подобные концерты собирают широкую аудиторию, многие представители которой впервые для себя открыли хоровую музыку. Некоторые зрители, пришедшие к нам 25 ноября, впервые познакомились с музыкой, которую наши предки создавали подчас в очень нелегкие исторические периоды. Мне как артисту всегда хочется через музыку донести до публики какие-то мысли, чаяния, эмоции. Поэтому я с большим удовольствием принял предложение принять участие в концерте «Россия многоголосая». И выражаю огромную благодарность авторам, инициаторам и организаторам этой программы.

— Юрий Константинович, по Вашему мнению, такой концерт актуален сегодня?

— Он очень актуален. Понимаете, есть много хорошей хоровой классической музыки: «Реквием» Моцарта, «Реквием» Верди и так далее. Но в современном мире, в том огромном информационном потоке, который нас преследует, не находится должного места ни народной, ни классической, ни тем более хоровой музыке. Хоровая музыка сегодня не звучит так, как должна звучать. Но это же творчество и голос народа, зародившиеся в древние времена. Появился хор, потом инструментальная музыка, и нужно знать их — это наша история. Поэтому просветительская роль подобных концертов чрезвычайно важна. К духовной музыке мы еще можем как-то приобщиться, в храме например. Песни времён революции, казачьи песни моему поколению еще очевидны, а молодому поколению эта музыка ни о чем не говорит. И вернуть ее сегодня — это то же, что вернуть память о наших предках. Это возможность лучше понять нашу историю, проникнуть в душу автора, который подчас кровью писал эту песню, поэтому я считаю, что такие просветительские концерты должны быть.

— Поделитесь, пожалуйста, впечатлением от солистов Большого детского хора имени В. С. Попова.

— Я впервые их слышал 25 ноября и был настолько очарован этими детьми! Ранее в качестве режиссера я проводил большие концерты, в рамках которых мы привлекали некоторые детские коллективы. Вы знаете, что было печально? Они все перешли на эстрадную манеру исполнения: это микрофон, это пение без опоры, это подражание взрослому. Но как известно, любое подражание губит творческую индивидуальность человека. Здесь же я услышал именно классическое, детское пение, не нагруженное некими штампами, какими-то клише, я услышал ангельские голоса, как в прежние времена пели детские хоры. Мне был очень близок Детский хор Ленинградского телевидения и радио Ю.М. Славнитского (ныне — Детский хор Телевидения и Радио Санкт-Петербурга, РФК), был в Москве Ансамбль песни и пляски им. В.С. Локтева, и пели там замечательно. Так вот я считаю, что коллектив имени В.С. Попова уникален тем, что соблюдает классические основы детского хорового музицирования, что сейчас редко. И надо поддержать ребят, дать им дальнейшее развитие, и возможно, они по праву окажутся в фарватере детского хорового движения России.

— То есть проблема преемственности поколения в хоровой музыке не стоит?

— Стоит. Не везде есть преподаватели, способные преподавать, причем должным образом. У нас сейчас все эти телевизионные проекты, где якобы за неделю можно стать звездой. Там девочек и мальчиков раскрашивают как взрослых, надевают на них парики и платья, и они исполняют репертуар, не свойственный детям. Если это репертуар недетский, это просто дрессировка, подражание, в результате чего человек оказывается лишённым навыка интерпретировать произведение так, как он чувствует. То есть ребёнок должен совсем другое исполнять.

У нас огромная библиотека детских песен, в том числе хоровых, которая должна изучаться. Вот хор Попова показывает эталонное отношение к детскому пению, и очень хорошо, что он сейчас в творческом союзе с Государственным академическим русским хором им. А.В. Свешникова. Это как бывшая императорская Придворная певческая капелла (ныне — Государственная академическая капелла Санкт-Петербурга, РФК), где училище было всегда при взрослых. Все мальчишки, которые обучались в этом уникальном заведении, находились на репетициях большого взрослого хора, то есть они всегда были вовлечены в формат самого высокого музыкального качественного делания. Так и сегодняшние дети не должны быть оторваны.

Я считаю, что коллектив детского хора Попова просто замечательный и именно этот путь должен быть взят за основу, если мы хотим возродить хоровое пение в стране как неотъемлемую часть нашей жизни.

— Что Вы можете сказать о сегодняшнем зрителе? Насколько он подготовлен к подобным мероприятиям?

— Нынешний зритель, возможно, не всегда подготовлен, но абсолютно открыт. Люди приходят с надеждой и желанием открыть для себя что-то, и это очень приятно. И конечно, когда ты поешь, то сразу чувствуешь аудиторию, насколько она внимательна к тебе и насколько у тебя с ней налаживается диалог. Поэтому я могу сказать, что на своих последних концертах я всегда встречаю если не профессиональный, то большой познавательный интерес. Особенно приятно замечать, когда люди меняются в лице, слушая русскую песню, песни времен гражданской войны или какое-то духовное произведение. И когда ты видишь неподдельный восторг от того жанра, который они до этого никогда не слышали, вот это, наверное, самое главное. Это отзывается всегда. Я не верю, что есть человек, у которого не дрогнет внутренняя струна от прослушивания этой музыки.

— Расскажите, пожалуйста, об иностранных зрителях. Есть особенности в восприятии хоровой музыки?

— Вы знаете, у меня был ряд концертов в европейских городах. Это была хоровая программа, где мы исполняли, например, «Колокола» С.В. Рахманинова. Это очень сложное произведение. Я хочу отметить, что подчас иностранцы с большим энтузиазмом и большей открытостью в душе ходят на эти концерты. Они безумно любят хоровое пение, потому что, как мне кажется, это вид творчества, утраченный во многих западных странах. Это не просто хорошо выверенная партитура и написанная с точки зрения всех законов гармонии и звукосложения музыка, а вид творчества, который даёт слушателю глоток эмоций, заложенных даже вне воли композитора. Это то, что закладывается с его душой, с тем провидением, которое дает ему дар писать на языке нот.

— Как известно, 2020 год будет посвящен памяти Великой Отечественной войны. Готовите ли Вы специальную программу и где Вас можно будет услышать?

— Пока сложно сказать, могу отметить лишь, что я с удовольствием приму предложение участвовать в таких концертах. Но тут есть момент. Когда я взялся за организацию программы «Ленинградцы. 900 дней во имя жизни», приуроченной к 70-летию снятия блокады Ленинграда, то увидел, что много происходит музыкальных и музейных событий на эту тему, но все они ограничиваются определенным набором произведений. Это, безусловно, замечательные произведения, но, как мне кажется, иногда отдаленность во времени стирает некоторую остроту душевного переживания. Проходят годы, уходят ветераны, новое поколение задумывается о других вещах.

Тогда же, в 2014 году, мы проводили концерты «Ради жизни» в Москве и Санкт-Петербурге. Для этого мы взяли музыку только тех композиторов, которые писали непосредственно в блокадном городе, и которая до этого не исполнялась. В результате мы открыли для себя пронизывающие душу истории создания фантастических произведений. Например, «Марш победы» В.П. Калафати, написанный в 1942 году, когда о какой-то победе помышлять в блокадном городе было просто утопично. Но Василий Павлович написал этот марш и получил первое место по итогам конкурса. Но когда к нему пришли вручать этот приз, а единственным призом были, как нетрудно догадаться, продукты, композитор уже умер от голода.

Или когда Б.В. Асафьев не мог подниматься с постели, он начал писать духовные хоры, а В.М. Богданов-Березовский начал писать оперу — о том, что слышал в радиоточке, про Кировский завод, как идут ополченцы. Это музыка фантастической силы и грандиозного величия духа, и я уверен, что такое великое горе, потрясение, которое испытало человечество, а мы в особенности, нашло отражение в музыкальных произведениях, а наша обязанность — показывать их.

В период войны появилось очень много композиций, которые так и не нашли своего исполнителя, и мне бы хотелось в этот Год памяти и славы еще каким-то из них дать жизнь. Думаю, это была бы достойная дань уважения памяти наших предков.

 
Фото — Мариинский театр

Общероссийская общественно-государственная организация «Российский фонд культуры»

КОНТАКТЫ
ФОНД В СОЦСЕТЯХ